Подборка книг по тегу: "властный герой сильная героиня"
— Артём Сергеевич, согласны ли вы вступить в брак с Полиной Андреевной? — Вопрос регистратора звучит торжественно.
В этот момент со скрипом открывается тяжёлая дверь зала. Не обращаю внимания на звук. Всё равно не знаю половину из приглашённых.
Поворачиваю голову к Артёму, чтоб не только услышать, но и увидеть ответ. И замираю в недоумение.
Улыбка на глазах сползает с красивого лица.
Сначала списываю на волнение. Он ненавидит публичные заявления. Но всё происходит слишком быстро. Взгляд любимого становится жёстким. Губы сжимаются. Рука на моей спине напряжена.
Невольно оборачиваюсь за его взглядом. Под торжественную музыку в зал входит женщина. Смотрит прямо на Артёма.
— Не отвечай, — произносит высоким голосом.
— Простите, — интересуется регистратор, — вы перепутали залы? На какое время у вас назначена церемония?
Женщина не удостаивает её взглядом.
— У меня назначена одна церемония. Та, которую мой муж собирается прийти второй раз.
В этот момент со скрипом открывается тяжёлая дверь зала. Не обращаю внимания на звук. Всё равно не знаю половину из приглашённых.
Поворачиваю голову к Артёму, чтоб не только услышать, но и увидеть ответ. И замираю в недоумение.
Улыбка на глазах сползает с красивого лица.
Сначала списываю на волнение. Он ненавидит публичные заявления. Но всё происходит слишком быстро. Взгляд любимого становится жёстким. Губы сжимаются. Рука на моей спине напряжена.
Невольно оборачиваюсь за его взглядом. Под торжественную музыку в зал входит женщина. Смотрит прямо на Артёма.
— Не отвечай, — произносит высоким голосом.
— Простите, — интересуется регистратор, — вы перепутали залы? На какое время у вас назначена церемония?
Женщина не удостаивает её взглядом.
— У меня назначена одна церемония. Та, которую мой муж собирается прийти второй раз.
‼️‼️‼️ЗАВЕРШЕНО‼️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ПЕРВЫЕ ДНИ‼️‼️‼️
— Эй, я к вам обращаюсь!
Недоумённо перегибаюсь через перила балкона.
— Что?
Этажом ниже стоит мужчина. В одной руке — огромная кружка кофе, а на указательном пальце другой он невозмутимо крутит мои новые, красные, кружевные... ой...
— Это ваше?
— Ой!
Мгновенно прячусь за парапетом.
— Мадам, я, конечно, всё понимаю, но это что было? Намёк?
— Что-о-о?! Просто верните мои трусы!
Кто же знал, что нахальным соседом окажется Роман Лавров — моя первая безответная любовь, которого я не видела десять лет?
А дальше всё окончательно выходит из-под контроля. Одни безумные выходные, старые воспоминания, новые чувства и мужчина, в которого я, кажется, снова влюбляюсь.
Вот только в понедельник меня ждёт знакомство с новым владельцем нашей компании.
И угадайте, кто им окажется?
— Эй, я к вам обращаюсь!
Недоумённо перегибаюсь через перила балкона.
— Что?
Этажом ниже стоит мужчина. В одной руке — огромная кружка кофе, а на указательном пальце другой он невозмутимо крутит мои новые, красные, кружевные... ой...
— Это ваше?
— Ой!
Мгновенно прячусь за парапетом.
— Мадам, я, конечно, всё понимаю, но это что было? Намёк?
— Что-о-о?! Просто верните мои трусы!
Кто же знал, что нахальным соседом окажется Роман Лавров — моя первая безответная любовь, которого я не видела десять лет?
А дальше всё окончательно выходит из-под контроля. Одни безумные выходные, старые воспоминания, новые чувства и мужчина, в которого я, кажется, снова влюбляюсь.
Вот только в понедельник меня ждёт знакомство с новым владельцем нашей компании.
И угадайте, кто им окажется?
(2044)
Я — Полина Снегирь, строгий реабилитолог, мать-одиночка и женщина, которая давным-давно научилась никому не верить. Моя жизнь расписана по минутам: работа, сын, домашние заботы. Но всё меняется в день, когда в наш элитный алтайский центр привозят нового «особо важного» пациента.
Иван Антипов — властный, хамоватый нефтяной магнат из Москвы. Из-за тяжелой травмы он прикован к инвалидному креслу, но его жесткий характер не сломать. Зато он прекрасно ломает людей вокруг себя.
Я должна поставить его на ноги и не поддаться на его сумасшедший, первобытный напор. Но что делать, если за его наглой ухмылкой скрывается тот самый Настоящий Мужик, способный защитить меня от любых жизненных невзгод?
Иван Антипов — властный, хамоватый нефтяной магнат из Москвы. Из-за тяжелой травмы он прикован к инвалидному креслу, но его жесткий характер не сломать. Зато он прекрасно ломает людей вокруг себя.
Я должна поставить его на ноги и не поддаться на его сумасшедший, первобытный напор. Но что делать, если за его наглой ухмылкой скрывается тот самый Настоящий Мужик, способный защитить меня от любых жизненных невзгод?
— Пончик — она и есть Пончик, — Димас заржал, жуя беляш. — Я с ней на физре был. Мягкая, как подушка. Так и просится, чтобы её помяли.
— Ага, — Герман подмигнул. — Я и помял. Вчера ночью.
— И как? — подал голос кто-то из толпы.
— Да так себе, — Герман скривился. — Средняя. Мяса много, толку ноль.
— Ну а она-то в тебя втрескалась?
— Ещё как. Я ж у неё первый был. Типа первооткрыватель.
— Да ладно! Пончик реально целка была? — Леха чуть не упал от удивления.
— Была. И что? — Герман закатил глаза. — С этими целками одна морока. Они потом думают, что ты им что-то должен. Она мне в ухо шептала про любовь, что я «не такой, как все». — Он передразнил писклявым голосом. — Думает, я сейчас на колено упаду и замуж позову.
— Ну ты, Герыч, кобель, — Димас хлопнул его по плечу.
— Ещё какой, — Герман потер руки. — Ну что, гоните бабки, лохи. Или пончиками отдадите?
Все заржали, громко, противно, как гиены.
— Ага, — Герман подмигнул. — Я и помял. Вчера ночью.
— И как? — подал голос кто-то из толпы.
— Да так себе, — Герман скривился. — Средняя. Мяса много, толку ноль.
— Ну а она-то в тебя втрескалась?
— Ещё как. Я ж у неё первый был. Типа первооткрыватель.
— Да ладно! Пончик реально целка была? — Леха чуть не упал от удивления.
— Была. И что? — Герман закатил глаза. — С этими целками одна морока. Они потом думают, что ты им что-то должен. Она мне в ухо шептала про любовь, что я «не такой, как все». — Он передразнил писклявым голосом. — Думает, я сейчас на колено упаду и замуж позову.
— Ну ты, Герыч, кобель, — Димас хлопнул его по плечу.
— Ещё какой, — Герман потер руки. — Ну что, гоните бабки, лохи. Или пончиками отдадите?
Все заржали, громко, противно, как гиены.
Восемь лет я прятала от него нашего сына. Одна ночь — и тайны больше нет. Жрецы похитили ребенка, а гордый дракон прошёл через огонь, чтобы его вернуть.
Эрнер больше не отпустит ни сына, ни меня. Но он — чужой муж, лорд и правая рука короны, а я — простолюдинка, которой не место рядом с ним. За спиной — владыка жрецов, жаждущий крови моего мальчика. Впереди — столица, где бастарда с древней силой никто не ждёт.
Теперь всё зависит от того, какой выбор сделает Командор, и что останется от нас после него.
Эрнер больше не отпустит ни сына, ни меня. Но он — чужой муж, лорд и правая рука короны, а я — простолюдинка, которой не место рядом с ним. За спиной — владыка жрецов, жаждущий крови моего мальчика. Впереди — столица, где бастарда с древней силой никто не ждёт.
Теперь всё зависит от того, какой выбор сделает Командор, и что останется от нас после него.
Восемь лет назад я вернула ему магию и восстановила изувеченное тело. А в благодарность Командор предложил мне статус тайной содержанки. Я ушла, искренне надеясь, что мы больше никогда не встретимся.
Теперь он — безжалостный лорд, перед которым трепещет столица. У него есть власть, богатство и семья. Но все эти годы он не в силах забыть нашу единственную ночь.
Случайная встреча разрушает мой тщательно выверенный покой, и судьба снова сталкивает нас лицом к лицу. На этот раз он не намерен отступать. Но гордый дракон ещё не знает: чем сильнее натиск, тем разрушительнее его одержимость для него самого. И когда наши тайны вырвутся наружу, ему придётся сделать выбор, который перевернёт всю его жизнь.
Теперь он — безжалостный лорд, перед которым трепещет столица. У него есть власть, богатство и семья. Но все эти годы он не в силах забыть нашу единственную ночь.
Случайная встреча разрушает мой тщательно выверенный покой, и судьба снова сталкивает нас лицом к лицу. На этот раз он не намерен отступать. Но гордый дракон ещё не знает: чем сильнее натиск, тем разрушительнее его одержимость для него самого. И когда наши тайны вырвутся наружу, ему придётся сделать выбор, который перевернёт всю его жизнь.
- Я не отпущу тебя в отпуск, Овечкина!
- Как не отпустите? Что значит «не отпустите»? Я в рабстве, что ли? – вопрошала я, стоя в кабинете босса, Романа Волкова, которого уже ненавижу всем сердцем за его тиранию по отношению ко мне.
Решила уйти в отпуск после обидных слов его невесты о моей фигуре при всём офисе. Он не отпускает, но я для себя всё решила! У меня уже есть билет на лайнер, где я планирую не только впервые в жизни отдохнуть, но и хорошенько похудеть назло этой лупоглазой рыбине. Там не будет связи, тиран не сможет меня там достать… Но это не точно.
- Как не отпустите? Что значит «не отпустите»? Я в рабстве, что ли? – вопрошала я, стоя в кабинете босса, Романа Волкова, которого уже ненавижу всем сердцем за его тиранию по отношению ко мне.
Решила уйти в отпуск после обидных слов его невесты о моей фигуре при всём офисе. Он не отпускает, но я для себя всё решила! У меня уже есть билет на лайнер, где я планирую не только впервые в жизни отдохнуть, но и хорошенько похудеть назло этой лупоглазой рыбине. Там не будет связи, тиран не сможет меня там достать… Но это не точно.
🦋 КНИГА ЗАВЕРШЕНА 🦋
🦋 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 🦋
— Ну ты, дед, и козел... — отчетливо, с искренним детским удивлением произнес четырехлетний ребенок.
Я онемел.
— Что... что ты сказал?! — просипел я, не веря собственным ушам.
— Козел, — повторил Егор, даже не моргнув, и вздохнул. — Ты громко орал и обидел добрую тетю. Мама говорит, когда дяди так орут на тетей — они козлы.
🦋 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 🦋
— Ну ты, дед, и козел... — отчетливо, с искренним детским удивлением произнес четырехлетний ребенок.
Я онемел.
— Что... что ты сказал?! — просипел я, не веря собственным ушам.
— Козел, — повторил Егор, даже не моргнув, и вздохнул. — Ты громко орал и обидел добрую тетю. Мама говорит, когда дяди так орут на тетей — они козлы.
Опытный фельдшер Вера Кукушкина точно знает две вещи: мужчины не стоят слез, а идеальный венозный катетер спасает жизнь гораздо надежнее романтических клятв. Строительный олигарх Артур Дорохов привык, что мир прогибается под его деньги и статус. Но после гипертонического криза он оказывается на больничной койке, а на его пути встает колючая и невозмутимая Вера, которая без капли чинопочитания ставит миллионера на место. Взбешенный ее прямотой, Дорохов решает проучить упрямого фельдшера. Однако попытка сломать недотрогу превращается в острый поединок характеров, где за дерзкими перепалками неожиданно вспыхивает глухое, неизбежное притяжение.
Сможет ли Вера довериться мужчине после предательства прошлого, и удастся ли Дорохову подобрать единственный верный «рецепт» к сердцу той, кто не продается ни за какие миллионы?
Сможет ли Вера довериться мужчине после предательства прошлого, и удастся ли Дорохову подобрать единственный верный «рецепт» к сердцу той, кто не продается ни за какие миллионы?
— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Выберите полку для книги